Честно
Консервативно
Конфиденциально

Санкт-Петербург: +7 (812) 416-55-56

Москва: +7 (495) 787-71-17

Киев: +38 (044) 498-28-79

Никосия (Кипр): +357 (22) 00-04-70

Санкт-Петербург: ул. Боровая, д. 32

(рядом с метро "Лиговский проспект")

Деофшоризация-2018: все о практике использования иностранных компаний в новых российских реалиях

Отправьте заявку

Отправьте вопрос, чем мы можем быть Вам полезны, и получите персонализированное предложение прямо сейчас!

Новые законодательные требования об открытии реальных офисов для офшорных компаний – перспективы и прогнозы

14 февраля прошел наш очередной бесплатный вебинар на тему: «Новые законодательные требования об открытии реальных офисов для офшорных компаний – перспективы и прогнозы».

За последние годы популярные оффшорные юрисдикции регулярно подвергались нападкам со стороны налоговых администраций и властей разных стран. Однако наиболее ощутимый удар был нанесен совсем недавно, когда на законодательном уровне было введено требование о создании реального экономического присутствия. Это означает, что бизнес должен будет приспосабливаться к новым правилам, и выполнить данные требования удастся далеко не всем.

На вебинаре наш специалист и эксперт в данной области Партнер нашей компании Сергей Назаркин, а также соучредитель и Управляющий партнер Михаил Зимянин, который выступил в качестве модератора, подробно остановились на следующих моментах:

Ознакомиться с презентацией «Новые законодательные требования об открытии реальных офисов для офшорных компаний – перспективы и прогнозы»

Видеозапись вебинара смотрите ниже:

М. Зимянин: Добрый день, уважаемые дамы и господа! Мы рады вас приветствовать на нашем очередном вебинаре компании Amond & Smith Ltd. Я, ее управляющий партнер, рад приветствовать Сергея Назаркина, нашего партнера. Здравствуй, Сергей. Мы, собственно, уже давно не виделись в эфире — прошло полгода, было много дел. Сейчас мы встретились, чтобы обсудить очень важное событие, которое произошло в начале этого года, когда были приняты законы, вводящие требования по созданию реального присутствия в оффшорных юрисдикциях, — в частности, на Британских Виргинских Островах.

Мы благодарны вам, коллеги, что вы зарегистрировались и что вас так много. Коллеги, извините за некоторую задержку — мы тут до самого последнего момента готовились и пытались до конца разобраться во всех нюансах оффшорного законодательства с Сергеем. Вы можете задавать все ваши вопросы, которые у вас есть в чате прямо по ходу вебинара. Вебинар продлится где-то в течение часа, и мы вас приглашаем к дискуссии сразу же, поэтому, пожалуйста, будем рады вашим вопросам, если они, естественно, будут в рамках заданной темы.

Далее

Сергей, значит, вот, произошло, наверное, то, что мы все так долго ждали, — появились требования по так называемому substance, то есть созданию фактического реального присутствия офиса и сотрудников у оффшорных компаний. Намеки на что мы видели уже в середине прошлого года, когда прибалтийские банки, если помните, начали требовать, чтобы у оффшорных компаний были какие-то офисы, были какие-то сотрудники и так далее, иначе в противном случае это будет считаться shell-компаниями или компаниями-пустышками.

Под неформальным давлением Соединенных Штатов Америки, прибалтийские банки неожиданно начали это требовать. После скандала, разразившегося с банком ABLV,  далее это переметнулось на кипрские банки. Кипрские банки примерно в  похожем ключе тоже начали требовать от компаний реальные офисы и реальных сотрудников или в противном случае банки будут закрывать счета таким компаниям. Многим, в том числе нашим клиентам, закрыли счета в банке в результате этих всех требований. 

Вот повторюсь, вот в первую очередь, конечно, всех волнуют Британские Виргинские Острова. Наконец, приняли вот эти законы, которые требуют создания реального присутствия. Ну, тогда, наверное, если можно, расскажи вот, что сейчас требует BVI, что с этим вообще дальше делать всем владельцам BVI компаний, которых очень и очень много в России и на постсоветском пространстве и, в общем-то, во всем мире. Это самая популярная оффшорная юрисдикция на данный момент, что им делать и, собственно говоря, дальше мы подискутируем на эту тему.

С. Назаркин: Спасибо, Михаил, за вступительное слово и за представления. Вот прежде чем ответить на вопрос я буквально несколько слов скажу в продолжение вступительного слова. Действительно, классические оффшорные юрисдикции уже достаточно давно находятся под таким серьезным давлением. В результате, в том числе действий банков, которые ты ярко продемонстрировал, появления shell-компаний и, в общем, появления директив на Кипре, которые ограничивают возможность компаний, в общем, количество оффшоров значительно сократилось.

Люди были вынуждены переходить на низконалоговые юрисдикции, в том числе и консультанты это советовали, но, тем не менее, по-прежнему классические оффшоры, в частности BVI, остаются достаточно эффективным в определенных смыслах инструментом для ведения деятельности — в частности, из нашей практики BVI компании очень любят для холдинговой деятельности, когда вот компании не владеют некими там долями, акциями в российских предприятиях при том, что там и конфиденциальность может быть уже не такая, как это было несколько лет назад.

Транспарентность увеличилась, но, тем не менее, определенные функции такие компании выполняют, и плюс к этому их очень часто используют в качестве компаний-кошельков, то есть, как бы, на них оформляют инвестиции и при этом вот швейцарские банки, которые привлекают клиентов под открытие сберегательных счетов. Они, в общем-то, не предъявляют таких жестких требований к операционным счетам в отношении создания собственных и говорят, что вот если вы держите деньги у нас на счету, размещаете ценные бумаги, открываете депозиты, для нас в принципе там большой разницы нет, какую юрисдикцию вы нам даете, и вас не будут спрашивать о substance.

М. Зимянин: Неизвестно, что будет в дальнейшем.

С. Назаркин: Да, безусловно, пока практика такова, что  все меняется. По состоянию на сегодняшний момент, скажем так, поэтому в общем и целом мы видим, что давление идет очень давно, но пока что это не привело к полному исключению вот этих оффшорных зон из списка юрисдикций. Вот сейчас с 1 января мы видим, что такие тектонические подвижки в оффшорном мире из того, что как раз уже на уровне государств самих, которые представляют льготные налоговые режимы, такие как там BVI, Белиз, излюбленные в России классические оффшорные юрисдикции.

Они действительно приняли законодательные акты, причем они там пошли по двум путям, то есть некоторые приняли отдельные акты, как это сделал BVI. Там был принят закон о BVI Economic Substance, закон об экономическом присутствии на BVI. А некоторые пошли как Белиз, через внесения поправок в закон о международных компаниях — то есть там появилось отдельное положение касательно сабстенса. Несмотря на то, что подходы к созданию фактического присутствия  в классических оффшорных юрисдикциях все-таки различаются, заключается эта разница в том, что теперь компании, которые зарегистрированы в классических офшорах, вот этих зонах, которые приняли законодательства,  которые не являются налоговыми резидентами этих зон, а являются налоговыми резидентами соответственно каких-то других государств и ведут именованную в законе деятельность, она там называется релевантной деятельностью. Эти компании должны создавать должный уровень присутствия в этих юрисдикциях.

Как правило, должный уровень присутствия в этих юрисдикциях означает:

  • наличие офиса;
  • наличие квалифицированных сотрудников;
  • данных в  достаточной степени, чтобы осуществлять эту деятельность;
  • достаточный уровень расходов на содержание такого офиса;
  • в отдельных случаях еще дополнительные критерии (основная деятельность связана с изучением дохода — то есть это какие-то отдельные критерии, которые должны были соблюдены компанией, для того чтобы считалось, что компания удовлетворяет требования фактического реального присутствия).

М. Зимянин: Что на BVI? Все-таки вот расскажи, пожалуйста, подробнее, какие требования? Какие сроки? Какая ответственность и так далее. Вот среди более 40  коллег, кто сейчас смотрит, есть владельцы компаний, надо просто понимать, вот что им дальше с этими компаниями делать. Поэтому если можно вот, конкретно какие требования и что с ними делать с этими требованиями.

С. Назаркин: Безусловно, BVI наиболее распространенная юрисдикция, вот и как бы в целом BVI приняли на наш взгляд, такой один из самых от жестких законов. Сейчас очень много идет дискуссий в профессиональном сообществе, где все сходится на том, что как бы BVI  пошел по такому кардинальному пути. BVI вообще исторически та юрисдикция, которая, наверное, первой старается имплементировать все требования международного сообщества в плане там вредоносной конкуренции и, в частности, вот как вы примеры можно привести, что BVI одной из первых отменила акции на предъявителя еще в далеком 2009 году, в последующем были введены требования. Акции на предъявителя — это как один из инструментов такого планирования, чтобы скрыть собственника компании, а потом появились требования в 2009 году, 10 лет назад. Потом требования по хранению банковской документации — то есть это первые попытки ввести, значит, обязанность компанию вести бухгалтерскую отчетность.

М. Зимянин: По сути, это уже шаги к substance? Собственно, покажите, где у вас лежит бухгалтерия, где вы ведете бухгалтерию, кто у вас отвечает за ведение бухгалтерии, потому что я прекрасно помню тоже, мы с тобой вместе уведомляли клиентов, вот, начиная с 2014 года, как здесь указано.

Укажите адрес, где хранятся бухгалтерские документы. Многие тогда говорили: «Ну а что делать, если нет бухгалтерских документов?» — значит создавайте бухгалтерские документы. Нет ответственного лица, значит находите ответственное лицо, которое будет хранить документацию эту, и это лицо должно быть задекларировано — то есть ваш локальный регистрационный агент на Британских Виргинских Островах должен иметь такую информацию, где хранятся документы по компании конкретной и какое лицо отвечает за хранение документов. И дальше в 2016 году раскрытие уже директоров компании.

С. Назаркин: За это, кстати, уже была ответственность по отношению к ответственному лицу за несоблюдение требований. То есть уже штрафы были и достаточно серьезные штрафы, правда к правоприменительной практике так и не сформировалась, но, тем не менее, клиенты были вынуждены предпринимать такие серьезные, как бы, шаги, чтобы удовлетворить эти требования.

Далее законодательство BVI развивалось в сторону раскрытости, сторону сбора и хранения документации бенефициарных собственников. То есть появлению систематизированных форм реестра для хранения регистрационных агентов и, более того, даже эти данные в последующем должны были предоставляться государственным органам для ведения единого государственного реестра. Правда, там эти данные, они не имели публичный характер, то есть доступ к этим базам имело ограниченное количество пользователей. Как правило, сводилось к судам, государственным органам, финансовой комиссии на BVI и к иным органам.

С точки зрения практической вывод такой, что теперь если, скажем, были соблюдены парциальные порядки получения данных, то не требовалось теперь на BVI запрашивать агентов, чтобы  агент запрашивал клиентав — то есть существует единый центр сбора и обработки этих данных, который позволяет в достаточно короткие сроки эту информацию давать заинтересованным лицам.

Естественно, BVI в области создания сабстенса, опять же исторически почему вообще юрисдикции обращают как бы на это внимание и, BVI в  частности,  первое вот о чем следует сказать, это вот план BEPS, известный вот этот план мероприятий.


Facebook
LinkedIn
Twitter
Google+

Есть вопросы? Свяжитесь с нами:

тел: +7 (812) 416-55-56
e-mail: spb@amondsmith.ru

Режим работы:
пн. - пт.: с 10 - 00 до 18 - 00 (без обеда)
сб. - вс. - нерабочие дни

 

Для заказа, пожалуйста, позвоните по телефону +7 (985) 781-41-63 (контактное лицо – Екатерина Долганова) или заполните форму заказа ниже самостоятельно.

Форма заказа

Все поля являются обязательными для заполнения.